• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:50 

Подарок со смыслом

Listen how calmly I can tell you the whole story
Как напоминание о быстротечности времени и призыв не упускать впустую ни секунды, на полу-юбилей мне подарили хронометр.

@темы: kvalificerad struntprat

22:30 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Удивительное дело, только в нынешнем году мне почему-то пришло в голову, что я могу назвать свой точный возраст - 24 года и 364 дня. Только теперь мне удалось мысленно поймать этот рубеж между одной и второй датой; конечно, когда невидимый хронометр моей жизни пройдет над этой границей, никаких мгновенных\радикальных изменений не произойдет, но смена числа, которое характеризует тебя, так же как и набор букв имени, топоним места рождения и масса прочих понятий и цифр, событие волнительное.

Четверть века... Я бы сказала, что подошла к ней как-то очень быстро. По ощущениям, восемнадцать мне было еще вчера. Я не хочу "подводить итог", даже промежуточный, хотя, быть может, в этом была бы логика. Подведение итогов означает завершение чего-то, резкая отсекающая черта, по одну сторону которой остается навсегда закрытое прошлое, по другую - неизвестное будущее. Жизнь всё же воспринимается непрерывно; и есть множество моментов, впечатлений, людей, слов, событий, которые мне дороги, которые меня сделали, и я возьму их с собой, не как сокровища, но как самое необходимое в Дороге.

Вероятно, будучи на моем месте, какой-нибудь склонный к самоанализу житель звездно-полосатого континента составил бы список "Чего я достиг?" Думаю, в этом списке непременно значились бы пункты "свой дом", "семья", "стабильная престижная работа", ну или по крайней мере они уж точно были бы отмечены, как цели на ближайшее будущее. Имея склонность впадать в диаметрально противоположные настроения и не обладая здоровым житейским прагматизмом, я то гордо отвергаю выращивание деревьев и детей и строительство, как достойную цель земного пути, то посыпаю голову пеплом, задумываясь о легковесности инфантильного бытия. В чем истина? Надо полагать, в золотой середине, как многое в нашем мире, не признающей абсолютно черных или абсолютно белых тел и явлений. А еще в том, что, к счастью, стандарт устроения человеческой жизни не кодифицирован. Тот, кто полагает правильным и нужным Семью и Дом, вьет свое гнездо, тот, чье существование более протекает внутри, нежели вне, скрупулёзно ограняет дух. Jedem das Seine. Всё, чего я достигла к настоящему моменту, пусть и нематериально, но я признаю это важным и значимым для себя. Детская трагическая амбициозность - если к 20-ти годам не спасти мир, то можно смело взойти на скалу над бушующим морем и пустить пулю в висок - благополучно прошла. Это теперь понятно, что начинать перемены к лучшему следует с себя. Со своей микро-Вселенной. А дальше - цепная реакция.

@музыка: Wookid

@темы: вечернее, voices in my head

15:59 

Второй "Людвиг Второй"

Listen how calmly I can tell you the whole story


Мир был слишком обыден, груб и скучен, и он ступил в чертоги воображения и духа, все же подумали - он шагнул под полог безумия. Его смелый разрыв с неизбежной реальностью продолжает волновать и вдохновлять. Прошло сорок лет, и после монументальной картины Висконти еще один киноавтор, сведенный с ума Сказочным Королем, отважился на свой лад поведать эту удивительную историю.
Один человек, одна судьба, одни и те же события - и два отличных взгляда. Если бы для трактовок Мари Ноэль и Висконти нужно было подобрать физические символы, это были бы чистое облако и сумрачное пламя преисподней. От классической (для удобства признаем ее таковой) тетралогии веет духом... римско-имперским, периода заката. Торжественность и пышность несут налет грядущей драмы, эта лента - что истлевающий тяжелый королевский бархат или темнеющая бронза - величие, уже пропитанное духом распада. Мари Ноэль рисует совсем иными красками, ее не привлекает подавляющая роскошь, темные комнаты, где в герметичном космосе всходит и разрастается одиночество безумия, отчужденные снежные пейзажи. Регулярные парки, блеск свечей в зеркалах бальных зал, золотое и алое великолепие театра, прозрачный воздух альпийских просторов, солнце. Этот светлый романтический антураж, свойственный девятнадцатому столетию, каким оно воспринимается с нашей дистанции - всё же обобщенная картина, удобный фон для исторического фильма, предназначенного для широкой аудитории, но вместе с тем из него логично следует развитие тех черт характера, тех особенностей мировосприятия Сказочного Короля, которые были отобраны для нового художественного образа. Порывистый, непосредственный, открытый мальчик, столь невинный в своем безоглядном увлечении неосязаемой красотой Музыки, так страстно ищущий дружбы и поддержки своего идола, жаждущий единомыслия и понимания. Но, как нередко случается, принадлежность к сильным мира сего обернулась для этой трепетной души несчастьем - ибо наличие силы, то есть власти всегда предполагает долг и обязанность. И что делать, когда сердце требует воздавать этот долг искусству, воплощая в реальность мечты о минувшей героической эпохе, а обязанности правителя диктуют необходимость двигать армии, рассчитывать статьи бюджета, разбираться в политической чехарде? Людвиг у Висконти кажется более устойчивым к бремени королевской участи, но он уже отравлен; в его душе время от времени поднимают голову мрачные демоны, чтобы однажды вырваться наружу. Невозможно не предположить в человеке с таким пронзительным взглядом некой снедающей страсти, которая к тому же помножена на одиночество, стремление любить и принимать любовь в ответ, на острое восприятие Красоты. Висконти не погрешил против исторической правды, придав фильму вид документализированной истории болезни, ибо династия Виттельсбахов была столь же поражена проклятием безумия, сколь предана искусству в разнообразных его формах. Мари Ноэль же дает понять, что сумасшествие Сказочного Короля - благоприобретенное, развившееся под влиянием всё той же реальности, столь несходной с желаемой картиной мира. У нее получилась грустная сказка о крылатом мальчике, от которого требовали быть земным королем.
Кто оказался ближе к истине в своем видении Людвига Баварского? Грани личности не поддаются исчислению. По-видимому, истина, как всегда - в единстве черт.

@темы: культура, cinématographe

00:27 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Вы думаете, я сегодня выходная? Ничего подобного! Я иду на семинар-встречу с разработчиком инструкции 28-И.
Истинные боги, помогите исцелиться от синдрома отличницы.

@темы: работа

21:17 

Как приручить тигра

Listen how calmly I can tell you the whole story
Итог двухлетней работы, однако -)


@темы: творчество

17:06 

...когда еще можешь плакать над книгами

Listen how calmly I can tell you the whole story
"Сестра указывала в сторону океана, где в прибрежных водах металась стая гринд. Затем киты начали выбрасываться на берег. Сорок гринд — черных, с блестящей, словно дубленой кожей, распластались на берегу, приговорив себя к смерти.

Несколько часов, кружа между умирающими животными, мы своими детскими возгласами уговаривали их вернуться в океан. Мы были такими маленькими, а они — такими большими. Издали гринды напоминали черные башмаки великанов. Мы расчищали песок, чтобы он не набился в дыхала животных, поливали их морской водой и умоляли ради нас остаться в живых. Трое малышей, мы говорили с гриндами как млекопитающие с млекопитающими; наши возвышенные слова были полны отчаяния. В загадочном исходе гринд из воды была странная грациозность. Мы и не подозревали, что существует добровольная смерть. Весь день мы пытались дотащить китов до воды, вцепившись в их громадные плавники. Мы выбились из сил и не заметили тихого наступления сумерек. Постепенно гринды начали умирать один за другим. Мы гладили их большие головы и молились, чтобы души животных, покинув черные тела, уплыли в океан, к свету."


Пэт Конрой "Принц приливов"

@музыка: Ludovico Einaudi

@темы: скажи мне, что ты читаешь, мысли-чувства, вечернее, voices in my head

23:35 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Случаются дни, когда стихи пишутся, дела делаются, первый раз в жизни идешь на балет Эйфмана в настоящий театр - и на соседнем ряду, через два кресла от тебя, сидит великолепный Валерий Михайловский.
Сегодня я так счастлива, что, наверное, не усну.

@темы: настроение, культура, idag

16:15 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Вдруг отыскался считавшийся давно и безвозвратно уничтоженным черновик письма, набросанный ночью по следам величайшего потрясения моей жизни, на обороте того же самого потрясения. Как многие пытающиеся писать люди я испытываю затруднения с тем, чтобы стопроцентно точно передать мысль словами. Или же это пагубные последствия обязательных к исполнению приличий - говорить то, что от тебя ожидают, как правильную реакцию на некое событие, но отнюдь не то, что хочется. Если из того письма вычеркнуть все "не", оно стало бы больше соответствовать действительному моему тогдашнему настроению.

@темы: дзэн

15:56 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Sometimes it feels like I'm definitely not wanted in a certain circle of aquiantance. Naturally

@музыка: Lana Del Rey

@темы: мысли без вектора

21:09 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Возвращаюсь вечером домой, захожу в подъезд и утыкаюсь в объявление:


Я вот после работы дальше первой строчки воспринимать не способна. Прочла - и уже с подступающей паникой представила, что жильцы остальных 15-ти этажей разбивают перед домой палаточный городок. Управдом - шутник, однако.

@темы: saker att le, kvalificerad struntprat

23:43 

Неподельное

Listen how calmly I can tell you the whole story
Некоторые говорят, всё зло – от книг. Вот и в моей истории всё произошло из-за книги, которую я не успела дочитать.
Однажды летом я просто зашла в незнакомый двор, чтобы в тени и относительном покое завершить-таки «Жизнь Арсеньева». Я успела перевернуть едва ли пару страниц, когда на детской площадке, где я облюбовала себе жердочку, появился старик. Внутренний мой голос, в иные минуты дающий безошибочные прогнозы, шепнул, что сейчас что-то произойдет – и оказался совершенно прав.
Старик – а вернее сказать, пожилой мужчина, высокий, все еще подтянутый, похожий на Вячеслава Тихонова – подошел ко мне и спросил, можно ли присесть рядом. Не то чтобы я была против, но очень уж хотелось поодиночничать, поэтому я вежливо подвинулась и уткнулась в раскрытую книгу, надеясь, что этот жест послужит достаточным сигналом – пожалуйста, не надо разговоров.
-А вы какую литературу любите? – спросил мой случайный сосед.
-Классическую, русскую и зарубежную, - ответила я прохладно, давая понять, что не настроена продолжать беседу.
-А.. А я – подводную… Я подводник.
Из вежливости уточнила:
-Военный?
Читать дальше

@темы: мысли-чувства, встречи

13:13 

Way too quiet here...

Listen how calmly I can tell you the whole story
Немного осенней музыки


@темы: embed media, эмоции, песня, культура, voices in my head

00:35 

Развитие, вырождение или записки сумасшедшего?

Listen how calmly I can tell you the whole story
Один мой знакомый педагог, преподаватель социологии и философии, решил испробовать на мне новый учебный материал, вручил книгу со словами: «Как прочтешь, скажи, можно отсюда что-нибудь полезное для студентов взять?» Польщенная таким доверием к моему мнению, я взялась за монографию некоего Виктора Лучко «Эволюция человека: развитие или вырождение?!» Заголовок многообещающий. Я люблю труды, рассматривающие такие вот фундаментальные вопросы, меня искренно восхищает отвага, с которой авторы, как Дон Кихот на мельницу, бросаются на разрешение вечных вопросов. Каждый раз я предвкушаю, что, может быть, на этих страницах найдется если не ответ, то хотя бы подсказка, в каком направлении мы движемся – к Полудню XX века или назад, во тьму – и есть ли у всего происходящего продуманный сценарий или это только череда случайностей и их последствий…

В предисловии автор прямо сообщил, что не претендует «на научность изложения материала, поскольку это очень и очень сложная тема», а только хочет «обозначить проблему с популяризаторской точки зрения». О’кей, принято – почему бы не дать широкой публике возможность поразмыслить над правильными вопросами? Стивен Хокинг тоже написал «Краткую историю времени» - для многих, не только для клёвых бородатых дядек, для которых суперсимметричные частицы и прочие топ-кварки – ежедневная рабочая рутина.

Я редко пишу ругательные рецензии, но...

@темы: скажи мне, что ты читаешь

00:15 

Записи на кленовых листьях

Listen how calmly I can tell you the whole story
...сентябрь миновал незаметно. Едва ли вспомню, как он проходил. Лакуна в памяти длиной в месяц. Что-то суматошное, неясное, холодное, неуютное, стертые ощущения и неосознание себя. Сентябрь, первый шаг к завершению всего - и странное отсутствие перемен в мире. То есть в тех его срезах, которые воспринимаются нефизическими органами, что-то качнулось в сторону Осени, но внешне всё по-прежнему. Утром тебя встречает Солнце, и еще густа заматеревшая листва, еще светлы вечера. Постоянство сезона немного утомляет и вызывает недоумение.
Каждый год заново открываешь прочно забытый закон: самая любимая, долгожданная сцена Осеннего спектакля определена в середину действа, когда сердцу зрителя перед долгим периодом замкнутости на себя необходим последний взрыв радости. Однажды ты как будто пробуждаешься ото сна и видишь, что оно настало, это быстротечное прекрасное время: улицы сияют свежей лимонной желтизной кленов, которая красиво контрастирует с графичной чернотой ветвей и чистейшей синевой неба.











На стене дома напротив моей Хрустальной Башни висит отвратительно-яркий фонарь; летом из-за массы листвы он почти не виден. Когда же по ночам потолок моей комнаты наискось пересекают ленты света, а глаза слепит резкий, мерзко-оранжевый шар, стоит лишь приблизиться к окну, я понимаю - Осень здесь.

@темы: embed media, вечернее, настроение, фотографии

00:19 

Жизнь продолжается до тех пор, пока есть хорошая история...

Listen how calmly I can tell you the whole story



Какие жанры литературы, непосредственно связанные с театром, вы знаете? Конечно же, пьесы - это мы помним еще из школьной программы. Как, и всё? Всего лишь один жанр? А как насчет театрального монолога?
Есть одна книга, коротенькая повесть, "1900: Легенда о пианисте"; не берусь сказать, является ли она единственным образцом жанра, но зато, по-видимому, самым чистым – ведь создавалась она именно как театральный монолог.
Поначалу история кажется бедноватой, не слишком выразительной – но автор в предисловии не зря заметил, что это текст для простановки или для чтения вслух. Так и есть: рассказу нужны правильные акценты, верно чередующиеся паузы и галопирующая, залихватская, развязная речь конферансье, соленые шутки закопченных работников машинного отделения и манерная тягучесть речи пассажиров первого класса, дружеская задушевность и грустно-ироничная философская горчинка. Если дать тексту зазвучать, он будет очень хорош.

Только представьте, как благодаря голосу будет оживать и наполняться объемом эта история: океанский лайнер, этакий новый Ковчег, безустанно курсирующий между двумя континентами, между Новым и Старым светом (так и хочется сказать – между «тем и этим светом»), лайнер, которым управляет отборнейший экипаж – капитан-клаустрафоб, радист-заика, корабельный врач с непроизносимым именем… А еще на борту путешествует самый настоящий джаз-бэнд (о, благословенные двадцатые!) и он, Новеченто, Тысяча Девятисотый – человек, родившийся на корабле, никогда не ступавший на землю, не существующий на суше, названный именем числительным – и гениальный пианист к тому же. Ни история, ни литература сослагательного наклонения не принимают, что и каким образом было написано однажды, не подлежит исправлению, но осмелимся на небольшой мысленный эксперимент. Добавим в повесть капельку таинственной неопределенности. Вот «Вирджиния», везущая своих пассажиров из насквозь знакомой и не предлагающей ничего интересного Европы в Америку, страну, полную возможностей и развлечений. Но что бы получилось, если бы корабль шел не «откуда» и «куда», а просто плыл – неизвестно в каком море, с какой цель, как долго? Стереть любые привязки к осязаемой (то, что называется «реальной») жизни, и в сочетании с уже описанными особенностями фрахта картина обрела бы очарование чистой мистики – и немного абсурдности, пожалуй. Что не умалило бы ее прелести.

В 1998 году повесть экранизировал Джузеппе Торнаторе – и его работа попала в недлинный список фильмов, оказавшихся интересней исходного текста. Оригинальный сюжет, красивая музыка, замечательная мимическая игра Тима Рота, которому удавалось быть одновременно по-детски открытым, невинным, наивным и уже опечаленным некой врожденной мудростью. И эмоциональное наполнение картины проходит тот же спектр - от бесшабашного мальчишеского веселья до грустной рассудительности зрелости - через четыре опорные сцены. Вот Новеченто с приятелем, сидя за роялем, вальсирует по бальному залу во время ночного шторма. Вот он участвует в музыкальной дуэли [Не могу удержаться от пространного лирического углубления в эпизод. Как чудно сценарист вывернул наизнанку реакцию матерого, уже знаменитого джазмена на выходки Новеченто. Если в книге он заранее уверен в победе, предвкушает триумф и презрительно посмеивается над никому не известным морским лабухом, то в фильме каждая глупая, ребячливая выходка соперника в ответ на сыгранные импровизации погружает Мортона в мрачное раздражение. Да, он очевидно лидирует, ему рукоплещет публика, но ему неспокойно. Он колеблется, его уверенность в собственном мастерстве пошатнулась – ведь этот Никто из Ниоткуда не трепещет перед именем Отца Джаза, как будто не воспринимает его всерьез. Новеченто превосходит Мортона своей самобытностью настолько, что неосознанно даже не вступает в состязание. Зачем? Он оригинален, неподвластен моде и спросу на джаз, единственная управляющая им сила – вдохновение и порыв. Он свободен, творит вне рамок, позволяющих соперничать, мериться талантом – он заведомо выше… и переживает сам. Новеченто впервые сталкивается с организованной музыкой, имеющей конкретное название, происхождение, правила построения и исполнения – в противовес тому счастливому хаосу, из которого он вытаскивает свои мелодии. Поэтичная визуализация недовольства собой и взаимной тоски по тому, чем человек не обладает.]

А вот – возвращаясь к ключевым эпизодам картины – Новеченто после тридцати двух лет на борту «Вирджинии» собирается сойти на берег и не может, потому что мир за пределами лайнера слишком велик. И наконец – эмоциональная кульминация, финальный монолог в недрах готового к смерти корабля. Последняя исповедь, в которой каждое слово – повод для размышлений. И вот – бум! «Вирджиния» и ее странный бессменный обитатель становятся по-настоящему Легендой, красивой и печальной.

@темы: культура, cinématographe

23:14 

Рабочие приколы

Listen how calmly I can tell you the whole story
У комнатных растений в нашем кабинете есть имена. Хлорофитум Альберт, фикус Мурзик и нечто, породы которого я не знаю, именуемое Рудольфом. Рудик стоит как раз на моем шкафу. Поскольку в нашем деле объемы бумажек фантастические, любая горизонтальная поверхность должна быть использована (читай: завалена) максимально эффективно. Вот я и сложила стопку документов по соседству с Рудольфом - не подерутся, чай, да и Рудику конфиденциальная финансовая информация ни к чему. И что б вы думали? Нет, инсайдером мой зеленый друг не стал. Наш уборщик-гастарбайтер нерезидент решил полить цветочки. Переусердствовал. Разумеется, всё, что лежало рядом, оказалось залито. Практикантка, которая сдает документы в архив, прислала мне опись испорченных бумаг под заголовком "Подмоченная репутация, или Жертвы Рудольфа".

А потом к нам заглянула Настя из другого департамента. С порога, деликатно морща нос, заметила: "Коллежки, а у вас, очень мягко говоря, душновато. Воздуха совсем нет. Вы специально поддерживаете субтропический климат?" Мы ответили, что всё о'кей, просто это концентрация мозговой энергии, и рассказали Насте про наших питомцев, Рудольфа и его коварство.
Настя подняла бровь:
-Знаете, коллеги, а вам бы не помешало подышать просто воздухом... чистым...

@темы: kvalificerad struntprat, работа

21:34 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Пришла с тренировки с твердым намерением активизировать мозговую деятельность и дописать-опубликовать многочисленные черновые наброски, но, видимо, выработанная в студенческие годы привычка сильнее меня - не получается сочинять при свете дня. А вот рисованию дневное время не помеха, даже наоборот. Пока что оно выглядит, как образчик абстрактного искусства, но это только начало. Надеюсь, заявленная bella Italia из белого картона проявится



АПД: дома и залитые солнцем зонты - картина потихоньку наполняется


АПД: 29 сентября, и вот пришли "долгие осенние вечера", улеглось летнее беспокойство, ранняя темнота за окном заставляет вернуться к творчеству. Еще несколько штрихов...

запись создана: 03.05.2013 в 20:13

@темы: культура, творчество

23:47 

"Ромео и Джульетта", или как сделать из классической истории...

Listen how calmly I can tell you the whole story
...фарс с элементами бандитского сериала.
Приблизительно таковы мои впечатления от вчерашнего посещения спектакля "Ромео и Джульетта" в Учебном театре на Моховой.
Анонс постановки режиссера Андрея Андреева обещал: "Вечная история молодых удивит неожиданными режиссерскими решениями и яркими актерскими работами". Что сказать, удивила. В недоумение ввергла.

"Неожиданное режиссерское решение" заключалось в том, что режиссер предпринял миллион сто двадцать пятую попытку осовременить историю вечных влюбленных, и попытка эта после "Ромео + Джульетта" Лурмана или венгерской версии мюзикла смотрелась болезненно-бледно. Если отделять некую историю от эпохи, ее породившей и играющей, таким образом, роль необходимого контекста, то делать это надо с реставраторской аккуратностью, постоянно поверяя результат меркой вкуса и уместности. Чтобы перенести некое действо в современность, недостаточно вытряхнуть актеров из тог/камзолов/сюртуков и нарядить по последней моде. Впрочем, применительно к описываемой постановке, перевоплощение удалось на славу - когда "на ковре" у герцога Веронского собрались представители достойных семейств, речи не шло о тех самых Монтекки и Капулетти, прихотью режиссера помещенных в современных антураж. Нет, ни следа не осталось. Они и выглядели, и вели себя, как две бандитские "бригады" на сходке у пахана. Черные кожаные плащи, золотые цепи на шеях, темные очки, скрывающие картинные бланши в пол-лица, развязные позы и не менее развязные жесты - может быть, оно и должно было походить на мафиозный совет у крестного отца, но на деле резко отдавало родными девяностыми. Сходства добавлял образ герцога Эскала, этакого легализованного бандита в белом костюме, играющего в свободное от разборок время в большой теннис с двумя проститутками девушками модельной внешности. Наверное, если отбросить прочие условия и упростить суть до единицы, то разница окажется невелика - что "братки", что со вкусом льющие кровь знатные веронцы... Но ведь в театр идешь за чем-то необыкновенным, чарующим, далеким от повседневности, за чудом, если хотите - а вовсе не для того, чтобы увидеть на подмостках сводки криминальных новостей двадцатилетней давности.
По-видимому, чтобы разбавить атмосферу, в спектакль было решено добавить щепотку юмора - ибо если представление зрителя не развлекает, зачем оно такое нужно, правильно? Вот и у нас Ромео в приступе любовной горячки с разбега набрасывается на монаха, добрую минуту они катаются по полу, и это должно быть смешно. Джульетта зеркалит сию невероятно забавную ситуацию и сбивает с ног кормилицу, после чего они также в неразберихе подметают собой подмостки. И конечно, не обошлось без "классики жанра" - когда бабка-уборщица в нарочито-советском халате активно машет тряпкой и периодически хватается за радикулитную спину, постепенно перетягивая на себя внимание зрителя. И зрителю нравится; прикольно же - бабка с химией и ведром. Зритель в этот раз подобрался всеядный, еще не выработавший ни театрального вкуса, ни манер. За свою жизнь я уходила со спектаклей дважды - вчера впервые потому, что аудитория была еще несносней постановки. Странное дело, вроде бы студенты театральных вузов пришли поучиться на опыте коллег, а впечатление такое, словно малые дети в цирке. Видимо, прививка культуры еще прижилась.
Я знаю, что зануда и синечулочно люблю порядок, приличия и этикет, но отступление от них не равняется превращению в обезьяну, не так ли?

@темы: культура

19:34 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Ну что ж, еще одна простая истина, подтвержденная и заученная на собственном опыте: если загодя подстелить соломки, никакая пятница 13-е не страшна. Наш департамент, измочаленный, но не сломленный, вышел победителем из всех испытаний, приготовленных сегодняшним днем. Мы молодцы, но покой нам только снится. Впереди - время новых подвигов.
За сим позвольте откланяться. Я убываю в дальние дали.

Всегда ваша,
Лу

@музыка: Worrytrain

@настроение: еще не выдохся боевой запал

@темы: idag, мысли без вектора, работа

16:18 

Listen how calmly I can tell you the whole story
Однако начало Осени, господа. Вот теперь пути назад действительно нет.
Великая Мау, предчувствуя скорые холода и неизбежную грусть золотых дней, потянулась к обществу - в сентябре так нужен кто-то, к чьему плечу можно приникнуть.

@темы: мысли без вектора, фотографии

Soon it will be cold enough to build fires

главная