Охотница Лу
Listen how calmly I can tell you the whole story
И снова у меня не осталось впечатления, что это была постановка именно "Евгения Онегина", знаменитой пушкинской поэмы. История обманутой любви и последующего морального возмездия, случившаяся где-то в стилизованном XIX веке - да, пожалуй.
Ну что ж, тогда взглянем на этот спектакль, как на самостоятельное произведение.

Мне "достался" состав, в котором Онегин - Денис Федоренко, Татьяна - Вера Свешникова, Ленский - Антон Авдеев, Ольга... увы, не удалось идентифицировать.

Весь спектакль - это ожившее воспоминание пожилого Онегина, который влачит дни старости, отягощенные виной и муками совести, где-то в пансионе, по-видимому, в швейцарских Альпах. Его навещает Демон, некогда подстроивший всю драму, и преподносит музыкальную шкатулку - артефакт из болезненного прошлого. И вот на сцене возникает как бы внутренность шкатулки, где, послушные мелодии, двигаются фигуры всех участников действа. Решении необычное и красивое, и застывшие фигуры, проносящиеся по кругу, как бы говорят, что человек ни в чем не волен - все есть лишь игра судьбы.

Мистическая составляющая зрелища стала для меня сюрпризом, как-то не могла вообразить, что в "Евгении Онегине" найдется место для чертовщинки. Но вот нашлось. Демон (фактически это была, конечно, Демонесса, но подслеповатая я приняла этот персонаж за некую андрогинную сущность, что добавило ей шарма), следующий за героями тенью, смотрелся как-то странно... но он был столь пластичен, столь выразителен, даже без единой вокальной партии, и столько в нем было дьявольской обольстительности... Хорош, хорош. Движением, жестами, неуловимой игрой мимики передавать то услужливое коварство, то жестокость, то печаль, то презрение - наблюдать за Демоном было одно удовольствие. И да простят мне сторонники классических трактовок, но раз мы говорим не столько об общепринятой версии "Евгения Онегина", сколько об очень альтернативной истории "по мотивам", то сцена, в которой Демон навевает на Татьяну терзания первой страсти, хороша. Вот последующий шабаш в Татьянином сне уже не столь уместен, даже принимая во внимание всю альтернативность повествования.

Красивый эпизод с гаданием на Ивана Купалу - красивый по звучанию, с широким и звонким разливом фольклорных голосов.

Сцена дуэли держит в напряжении, гипнотически притягивает взгляд одновременной статичностью фигур у барьера и общим движением пластинки внутри шкатулки, на которую дуэлянты помещены. И ты все ждешь и ждешь выстрел каждую секунду, но все равно - пропускаешь и вздрагиваешь. За Онегина становится по-настоящему страшно, потому что даже Демонесса, спутница онегинской гордыни и тщеславия, отворачивается от него. Последующее его возвращение в Москву после пребывания где-то в небытие послужило бы отличной иллюстрацией к любимой сентенции А.Е. о том, что Онегин - лишний человек. Сам себя вытолкнувший за пределы человеческих отношений...

И так я могла бы разбирать сцену за сценой, находя, что одно - хорошо, а другое никуда не годится или просто не отзывается в душе. Но зачем? Оценивая спектакль очень общо, я скажу, что он был, несомненно, неплох. Но в нем не было сюжетной целостности и целостности впечатления, жаль.

То ли я избаловалась, то ли театр обмельчал, но за последние года два на мою долю выпал лишь один случай, когда постановка захватила и околдовала меня - до мимолетного забытья.


@темы: культура